Исобель Гоуди

Истории об изощренных сексуальных контактах Исобель Гоуди с дьяволом возбуждали и шокировали ее суровых шотландских соседей и укрепляли господствующее представление о ведьмах как о коварных и развратных созданиях, чьи усилия направлены на причинение зла окружающим их людям.
Гоуди, молодая привлекательная женщина с рыжими волосами — а такой цвет волос считался одним из атрибутов ведьм, — добровольно призналась в четырех случаях колдовства в апреле и мае 1662 года. Уже сами эти признания поразили местных жителей, но еще более удивительным стало утверждение Исобель, что она занималась своей непристойной деятельностью в течение целых пятнадцати лет. И ни один человек, по-видимому, не подозревал об этом. Даже ее собственный муж, Джон Гилберт.

Если поверить признаниям Гоуди, ее вовлечение в дела дьявола произошло в 1647 году, когда она встретила его в облике человека, одетого во все серое. Было это в Олдерне, уединенной местности графства Морейшир, где она тогда жила.
Дьявол завлек Исобель в свое окружение и в тот же самый вечер окрестил ее как ведьму в местной церкви, окропив ее же собственной кровью, которую он у нее высосал. Дьявол поставил на ее плечо свое клеймо и дал новое имя — Дженет.

Гоуди присоединилась к общине из тринадцати ведьм — это стало еще одним подтверждением того, что все ведьмы объединяются в группы по тринадцать особей. Община регулярно собиралась на шабашах, на которых, помимо разного рода увеселений и танцев, происходили дикие сексуальные оргии с участием демонов и дьявола. Она с гордостью рассказывала, как уходила из дома тайком, так, чтобы не узнал муж, и присоединялась к таким сборищам: она подкладывала в постель вместо себя метлу, и муж ни разу не заметил подмены.

Исобель-Дженет и ее подруги-ведьмы летали на шабаши, «оседлав» снопы пшеничной соломы, вязанки бобовых стеблей или камыша, которые они заколдовывали перед полетом криками:
«Конь и повозка, во имя дьявола!»
Она с удовольствием описывала свои ощущения во время интимных контактов с дьяволом: мучительно-болезненное наслаждение, когда он вонзал в неё свой огромный чешуйчатый фаллос, его холодное, словно ледяное, семя.
А если она или другие ведьмы не удовлетворяли дьявола, он бил их плетьми и кардой — лентой для чесания шерсти, усаженной острыми, загнутыми иглами.

Рассказывала Гоуди и о том, как она и другие члены общины причиняли зло своим соседям. Так, они умели вызывать бурю, побивая камнями мокрые тряпки и произнося при этом специальные заклинания. Они делали поля фермеров бесплодными, распахивая землю миниатюрным плугом, который тянули жабы.
Урожай также портился, если выкопать из могилы тело некрещеного ребенка и перезахоронить его в навозной куче на краю поля.
Ведьмы наводили порчу на детей, втыкая булавки в их кукол и прочие игрушки.
Ну а если им надоедало изводить окружающих людей, они развлекали друг друга, превращаясь в различных животных — чаще всего в зайцев и кошек.

Эти истории привели местные власти в полное замешательство. Они обследовали Гоуди в поисках клейма дьявола и нашли его.
Сохранившиеся в хрониках записи не дают объяснения, почему Исобель-Дженет однажды решила рассказать эти сенсационные подробности своей двойной жизни — ведь она действовала без всякого принуждения и ни у кого не вызывала каких-либо подозрений. И самое удивительное: она приветствовала свое будущее наказание:

Вальтер Скотт, говоря об Исобель Гоуди в своем трактате «Письма о демонологии и колдовстве», опубликованном в 1830 году, делает предположение, что «это несчастное создание было под влиянием некоторых особенных видов безумия».
А современный исследователь Колин Уилсон в «Сокровенном» предполагает, что Исобель была очень сексуальной женщиной с живым воображением, что она фантазировала, чтобы побороть скуку тупого существования, и, в некоторой степени, ее фантазии стали для нее реальностью.
Но по прошествии пятнадцати лет удовольствие от этой тайны померкло, и единственным путем возродить его стало публичное признание.

В хрониках также не говорится, что стало с Гоуди или другими несчастными олдернскими ведьмами, имена которых она назвала. Вероятнее всего, все они были казнены, поскольку признания Гоуди воспринимались как слишком отвратительные откровения для того времени, чтобы можно было оставить их без последствий.