Средневековые лекарства от Черной Смерти

Черная Смерть

Черная смерть — это термин XIX-го века для эпидемии чумы, которая опустошила Европу между 1347-1352 годами, убив около 30 миллионов человек там и многих других во всем мире, когда она достигла масштабов пандемии.
Название происходит от черных бубонов (зараженных лимфатических узлов), которые появлялись на теле жертвы чумы.
Причиной чумы была бактерия Yersinia pestis, переносимая блохами на грызунах, обычно крысах, но это не было известно людям средневекового периода, так как она была идентифицирована только в 1894 году. До этого времени чуму приписывали прежде всего сверхъестественным причинам — гневу Божию, работе дьявола, выравниванию планет — и, как следствие, «плохому воздуху» или дисбалансу «гуморов» человека. Поскольку никто не знал, что вызывало болезнь, излечение было невозможно, но это не мешало людям пробовать то, что они могли, основываясь на медицинских знаниях того времени, которые исходили в основном от греческого врача Гиппократа (около 460 — около 370 годов до н.э.), философа Аристотеля из Стагиры (ок. 384 — 322 до н. э.) и римского врача Галена (ок. 130 — 210 годов), а также религиозных верований, фольклора, травничества и суеверий.

Эти лекарства, большинство из которых оказались неэффективными, а некоторые из них приводили к летальному исходу, можно условно разделить на пять категорий:
— лекарства из животных;
— зелья, окуривание, кровопускание;
— бегство из зараженных районов и преследование маргинализированных сообществ;
— религиозные лекарства;
— карантин и социальное дистанцирование.
Из этих пяти только последний — карантин и то, что сейчас известно как «социальное дистанцирование», — оказали какое-то влияние на остановку распространения чумы. К сожалению, люди в Европе XIV-го века так же не хотели оставаться в изоляции в своих домах, как и люди в наши дни во время пандемии Covid-19. Богатые откупались от карантина и бежали в загородные поместья, распространяя болезнь дальше, в то время как другие способствовали распространению, игнорируя усилия по карантину и продолжая участвовать в религиозных службах и занимаясь своими повседневными делами.
К тому времени, когда чума закончилась в Европе, миллионы людей были мертвы, и мир, который ранее знали выжившие, радикально изменился.

Прибытие чумы и распространение

Чума убивала людей на Ближнем Востоке еще до 1346 года, а в этом же году она усугубилась и распространилась еще шире.

В 1343 году монголы под предводительством хана Джанибека (годы правления 1342-1357) отреагировали на уличную драку в удерживаемом итальянцами крымском городе Тана, в которой итальянский купец-христианин убил монгола-мусульманина. Джанибек легко взял Тану, но несколько купцов бежали в портовый город Каффа (современная Феодосия в Крыму), преследуемые монгольской армией. Затем Каффу осадили, но в то же время чума начала распространяться по монгольской армии между 1344-1345 годами.
Итальянский нотариус Габриэле де Мусси (ок. 1280 — ок. 1356 годов) был либо очевидцем осады, либо получил рассказ из первых рук и написал об этом в 1348-1349 годах. Он сообщает, что когда монгольские воины умирали и их трупы заполнили осадный лагерь, жители Каффы радовались тому, что Бог поражает их врагов. Джанибек, однако, приказал катапультировать трупы своих мертвых солдат через городские стены, и вскоре в городе разразилась чума.
Некоторые современные ученые предполагают, что мертвые не могли заразить жителей Каффы, поскольку болезнь не могла передаваться при контакте с трупами. Но даже если бы это было правдой, многие из этих мертвых тел описывались как «гниющие», – скорее всего, уже находились в стадии разложения, а газы и телесные жидкости могли заразить защитников города, когда они пытались избавиться от того, что де Мюсси описывает как «горы мертвых» (Wheelis, 2). Многие жители Каффы бежали из города на четырех торговых кораблях, которые отправились сначала в Сицилию, затем в Марсель и Валенсию, распространяя чуму на каждой остановке.
Из этих портов другие зараженные люди затем распространяли его в другие места, пока люди не стали умирать по всей Европе, Великобритании и даже в Ирландии, где корабли из Европы швартовались для торговли.

Медицинские знания

Врачи того времени понятия не имели, как справиться со вспышкой болезни. По их опыту ничто не могло сравниться с эпидемией, которая обычно убивала людей в течение трех дней после появления симптомов. Ученый Джозеф А. Леган (Joseph A. Legan) отмечает:
«Когда Черная смерть поразила Европу в середине XIV века, никто не знал, как предотвратить или лечить эту болезнь. Многие верили, что смогут вылечить его, но ни кровопускание, ни отвары, ни молитвы не помогали. Общая интеллектуальная схема борьбы с болезнью была ошибочной. Неудача средневековой медицины во многом связана со строгим следованием древним авторитетам и нежеланием изменить представленную древними модель физиологии и болезней».

Ни одна из работ Галена не была доступна на латыни или греческом для европейского врача, которому приходилось полагаться на арабские переводы, которые затем были переведены на латынь вместе с Каноном медицины персидского эрудита Ибн Сины (также известного как Авиценна, ок. 980 — 1037 годов), чья блестящая работа часто была подпорчена плохими переводами. В основе средневековой медицины, опиравшейся на работы Галена, прежде всего, лежало учение о гуморах, согласно которому четыре элемента земли, воды, воздуха и огня связаны с телесными жидкостями желтой желчи (огонь), крови (воздух), слизи ( вода), черная желчь (земля) и каждая «гомора» ассоциировалась с цветом, определенным вкусом, видом темперамента, временем года.На здоровье также могут влиять астрологические установки и, конечно же, сверхъестественные силы, такие как Бог, сатана, различные демоны и «колдовство» маргинализированных народов, таких как цыгане, евреи и другие, считавшиеся «чужаками», которые, как считалось, владели знаниями черных искусств.
Ученый Джордж Чайлдс Кон комментирует причины чумы:
«Чума приписывалась всем и каждому из следующего: испорченному воздуху и воде, жарким и влажным южным ветрам, близости болот, недостатку очищающего солнечного света, экскрементов и другой грязи, гнилостному разложению трупов, чрезмерному употреблению пищи (особенно фруктов), Божьему гневу, наказанию за грехи и соединению звезд и планет. Религиозные фанатики утверждали, что страшную моровую язву принесли человеческие грехи; они бродили с места на место, публично бичевали себя…
Повсюду царила паника, мужчины и женщины не знали другого способа остановить смерть, кроме как бежать от нее».
Однако было много людей, которые не обратились в бегство, а попытались найти какие-то средства борьбы с болезнью там, где они находились. Основываясь на медицинских знаниях того времени, народных методах лечения, которые передавались из поколения в поколение, христианской вере, суевериях и предрассудках, люди пробовали любое предложение, чтобы победить смерть.

Лекарства из животных

Одним из самых популярных методов лечения был «Метод Викари», названный в честь английского врача Томаса Викари, впервые предложившего его.
Брали здоровую курицу и ощипывали ее спину и зад; эту голую часть живой курицы затем прикладывали к опухшим лимфатическим узлам больного человека, и курицу привязывали ремнями.
Когда у курицы появлялись признаки болезни, считалось, что она заразилась от человека. Ее снимали, промывали и привязывали обратно, и так продолжалось до тех пор, пока курица или пациент не умирали.
Еще одна попытка излечения заключалась в том, чтобы найти и убить змею, разрубить ее на куски и натереть различными частями набухшие бубоны. Считалось, что змея, синоним сатаны в Европе, вытягивает болезнь из тела, как зло притягивается ко злу.
Таким же образом использовались и голуби, но неясно, почему был выбран именно голубь.
Животным, пользующимся большим спросом благодаря своим целебным свойствам, был единорог. Порошок, приготовленный из измельченного рога единорога, смешанного с водой, считался эффективным средством, а также одним из самых дорогих. Единорога было нелегко поймать, и его пришлось убаюкивать молодой девственнице.
Врачи, которым удалось раздобыть порошок из молотого «рога единорога», использовали его для лечения укусов змей, лихорадки, конвульсий и серьезных ран, поэтому считалось, что он одинаково хорошо действует при чуме. Однако нет никаких доказательств того, что это было так, как и в случае лечения курицей или змеей.

Зелья, окуривание, кровопускание и пасты

Зелье из единорога было не единственным и не самым дорогим лекарством, предлагаемым знати или богатому купеческому сословию. Другим средством было употребление в пищу или питье небольшого количества измельченных изумрудов. Врач измельчал изумруды с помощью ступки и пестика, а затем давал их пациенту в виде мелкого порошка, смешанного с пищей или водой. Те, кто не мог позволить себе потреблять изумруды, пили мышьяк или ртуть, которые убивали их быстрее, чем чума.
Одним из самых известных зелий был уксус «Четыре вора», который представлял собой комбинацию сидра, уксуса или вина со специями, такими как шалфей, гвоздика, розмарин и полынь (среди прочих), которые считались мощной защитой от чумы. Предположительно, он был создан и использовался четырьмя ворами, которые могли грабить дома умирающих и могилы мертвых, потому что напиток делал их невосприимчивыми к чуме.
Уксус «Четыре вора» до сих пор производится и используется в практике гомеопатической медицины в качестве антибактериального средства; хотя никто в наши дни не утверждает, что он может вылечить чуму.
Самое популярное зелье среди богатых было известно как териак. Леган отмечает:
«Подготовиться было очень сложно; рецепты часто содержали до восьмидесяти ингредиентов и часто значительное количество опиума».
Ингредиенты измельчали ​​в пасту, которую смешивали с сиропом и употребляли по мере необходимости. Однако точно неясно, что это были за ингредиенты и почему это якобы срабатывало.
Териак в жидкой форме часто называют патокой, но, похоже, его можно было применять и в виде пасты.
Помимо зелий, еще одним эффективным средством считалось очищение воздуха. Поскольку считалось, что чума распространяется «плохим воздухом», дома окуривали ладаном или просто дымом от горящей соломы.
Люди носили букеты цветов, которые подносили к лицу не только для того, чтобы отогнать зловоние разлагающихся тел, но и потому, что считалось, что это окуривает легкие. Именно эта практика породила детскую поговорку «кольцо вокруг розы/карман, полный букетов/пепел, пепел, мы все падаем вниз» по отношению к практике набивать карманы цветами или душистыми веществами. Как следует из стихотворения, это было столь же неэффективно, как и любое другое лекарство.
Считалось также, что можно окуривать себя, сидя рядом с очень горячим огнем, который вытягивает болезнь из-за сильного потоотделения.
Другой метод заключался в том, чтобы сидеть у открытой канализации, поскольку «плохой воздух», вызывавший болезнь, тяготел к «плохому воздуху» сточных вод ручья, пруда или ямы, используемой для сброса человеческих отходов. Кровопускание было популярным средством от всех видов болезней и хорошо зарекомендовало себя в средневековье. Считалось, что, вытягивая «плохую кровь», вызвавшую болезнь, можно восстановить здоровье за ​​счет оставшейся «хорошей крови».
Предпочтительным методом была «пиявка», при которой на тело пациента помещали несколько пиявок, чтобы высосать «плохую кровь». Однако сборщики пиявок были высокооплачиваемой профессией, и не каждый мог позволить себе такое лечение.
Менее обеспеченным делали небольшой надрез на коже ножом, а «плохую кровь» собирали в чашку и выбрасывали.
Другим методом в том же духе был «купаж», при котором чашу нагревали и прикладывали вверх дном к коже пациента, особенно к бубонам, чтобы втянуть в нее болезнь.
Помимо териаковой пасты врачи также прописали крем из различных корней, трав и цветов, который наносили на бубоны после их прокалывания.
Человеческие отходы также превращались в пасту с той же целью, что, несомненно, приводило к еще большему заражению. Поскольку считалось, что чистая моча обладает целебными свойствами, люди купались в ней или пили ее, а сборщикам мочи врачи хорошо платили за чистый продукт.

Бегство из зараженных районов и преследование

Те, кто не желал купаться в моче, мазаться фекалиями или пробовать другие лекарства, уезжали из пострадавшего региона или города, но этот вариант обычно был доступен только богатым. Итальянский поэт и писатель Джованни Боккаччо (1313 — 1375 годы) описывает бегство десяти состоятельных молодых людей из Флоренции на сельскую виллу во время чумы в своем шедевре «Декамерон» (написанном в 1349 — 1353 годах), где персонажи рассказывают друг другу истории, чтобы скоротать время, пока в городе бушует чума.

Люди этого типа и многие другие из всех социальных классов также пытались вылечить чуму, нанося удары по тому, что они считали ее источником: маргинализированные группы, которые считались аутсайдерами. Кон (Kohn) пишет:
«Местами в чуме обвиняли калек, дворян и евреев, которых обвиняли в отравлении общественных колодцев и либо прогоняли, либо убивали огнем или пытками».
Кроме упомянутых Коном групп, выделялись и многие другие, которые в чем-либо считались отличными и не соответствовали нормам большинства.

Религиозные лекарства

Этот стандарт, по большей части, был установлен средневековой церковью, которая формировала мировоззрение большинства населения Европы того времени. Религиозное лечение было наиболее распространенным и, помимо публичного бичевания, упомянутого выше, принимало форму покупки религиозных амулетов, молитвы, поста, посещения мессы, преследования тех, кого считали виновными, и участия в религиозных процессиях.
Папа в конце концов положил конец публичным бичеваниям как неэффективным и расстраивающим население, но к тому времени их участники распространили чуму на каждый город, который они посетили.
Шествия, в которых участники маршировали и молились о пощаде, обычно от центральной точки города к церкви или святыне, делали то же самое в меньших масштабах, как и публичные собрания для слушания мессы.

Карантин и социальное дистанцирование

Единственным эффективным средством остановить распространение чумы, хотя и не излечить ее, было отделение больных посредством карантина. Портовый город Рагуза (современный Дубровник, Хорватия), в то время находившийся под контролем Венеции, первым инициировал эту практику через 30-дневный период изоляции, наложенный на прибывающие корабли. Население Рагузы было сильно истощено чумой в 1348 году, и они признали, что болезнь заразна и может передаваться людьми. Политика Рагузы была эффективной и была принята другими городами и продлена до 40 дней в соответствии с законом о карантине (40 дней).Хотя карантин и социальное дистанцирование, похоже, оказали положительное влияние, правительства не спешили реализовывать эту политику, а люди неохотно ей следовали.
Кон пишет:
«Во многих городах была введена изоляция больных, но в некоторых карантинная практика и станции были введены слишком поздно, например, в Венеции и Генуе, где скончалась половина населения».
Милан, с другой стороны, ввел более строгие меры принуждения и добился большего успеха в борьбе с распространением болезни. Власти Милана не терпели разногласий среди граждан в соблюдении законов о карантине, в какой-то момент полностью запечатав инфицированных жильцов трех домов в своих домах, где они, предположительно, и умерли.
В 1350 году они построили строение за пределами городских стен — чумной дом, где размещались жертвы чумы и где ухаживали за ними. Чумные врачи обычно изображаются в плащах и шляпах с остроконечными масками, которые, как считалось, защищали владельца, удаляя лицо врача, особенно нос и рот, от инфицированного пациента.

Вывод

По мере того как свирепствовала чума, были предприняты другие меры, такие как мытье денег уксусом, окуривание писем и документов благовониями и поощрение людей думать позитивно, поскольку, казалось, стало ясно, что общее отношение пациента сильно влияет на шансы его выживания. Ни один из них не оказался столь же эффективным, как отделение инфицированных людей от здоровых, но люди все же нарушали карантин и продолжали распространение болезни.
К тому времени, когда чума прошла, более 30 миллионов человек — 30-50% населения Европы — умерли.
Потеря населения изменила европейское общество, положив конец феодальной системе, установив заработную плату бывшим крепостным и повысив статус женщин, поскольку многие матери, жены и дочери пережили мужчин в семье и взяли на себя их роли.
Кон отмечает, что «для многих историков Черная смерть ознаменовала конец Средневековья и начало современной эпохи».
Этот вывод верен тем, что впоследствии разочарование людей в религиозных, политических и медицинских парадигмах прошлого побудило их искать альтернативы, которые в конечном итоге найдут полное выражение в эпохе Возрождения, заложившей основу мира современной эпохи.