Аракчеев Алексей Андреевич NEW

Происхождение и детство Аракчеева

Алексей Андреевич Аракчеев появился на свет 23 сентября (4 октября по новому стилю) 1769 года в небольшом имении Гарусово, расположенном в Бежецком уезде Новгородской губернии. Его семья принадлежала к дворянскому сословию, но не могла похвастаться богатством: отец, бывший поручик Преображенского полка, владел лишь несколькими десятками крепостных и довольствовался весьма скромными доходами.
Мать, Елизавета Андреевна, несмотря на стеснённые финансовые обстоятельства, сумела привить своим сыновьям те качества, которые она считала основой достойного человека: честность, прямоту и интерес к военному делу.

Эти черты — пусть и в причудливой, временами даже искажённой форме — останутся с Аракчеевым на протяжении всей его жизни.
Детство будущего графа прошло в провинциальных уголках Новгородчины, вдали от столичной роскоши и блеска. У семьи не было связей или влиятельных покровителей, которые могли бы способствовать их продвижению.
Когда Алексею исполнилось тринадцать лет, отец отвёз его в Санкт-Петербург в надежде добиться зачисления сына в Артиллерийский и инженерный шляхетский корпус. По преданию, юный Аракчеев преодолел всё расстояние до кабинета директора корпуса пешком, износив сапоги об городскую брусчатку.
Юного Аракчеева зачислили в корпус в 1783 году, открыв тем самым путь к его дальнейшей судьбе.

Артиллерийское образование Аракчеева

Аракчеев благодаря корпусу получил полноценное военно-техническое образование. Он изучал математику, артиллерийское дело и фортификацию, проявляя завидную усидчивость. В 1787 году Аракчеев завершил обучение с отличием. Однако вместо традиционного назначения в строевую часть молодой офицер был оставлен в корпусе в качестве преподавателя, где вел занятия по математике и артиллерийскому делу.
Это решение сыграло решающую роль в его профессиональном становлении: на долгие годы оно определило направление его военной специализации. Аракчеев выделялся на фоне своих сослуживцев, среди которых было немало кавалерийских рубак и опытных строевых офицеров. Он же превратился в настоящего технократа — мастера точных расчетов и строгого соблюдения уставов.
4 сентября 1792 года он был прикомандирован к гатчинским войскам цесаревича Павла Петровича — элитной военной части, находившейся в резиденции будущего императора. Это назначение стало судьбоносным для его карьеры.

Внешность Аракчеева

По воспоминаниям Саблукова (мемуарный источник, ур. B):

Служба Аракчеева при Павле I: взлёт и опалы

В Гатчине Аркачеев нашёл своего государя, а, возможно, и государь обрёл в нём нужного человека. Павел I ожидал от армии именно того, что Аркачеев умел обеспечивать с наивысшей эффективностью: строгую дисциплину, неукоснительное соблюдение уставов, а также безупречную точность в проведении смотров и учений.

Когда в ноябре 1796 года Павел взошёл на трон, судьба Аркачеева изменилась резко и в корне.
28 июня 1796 года Аракчеев произведён в подполковники артиллерии.
Уже спустя несколько недель нового царствования он был произведён в чин генерал-майора, удостоен ордена Святого Александра Невского и получил в дар имение Грузино на берегу Волхова с двумя тысячами крепостных крестьян.
5 апреля 1797 года ему было пожаловано баронское достоинство и орден Св. Александра Невского, а в мае 1799 года — титул графа с девизом «Без лести предан».

Для человека, не имевшего ни высоких связей, ни значительных средств, такой жизненный путь можно назвать поистине удивительным.
Тем не менее, при правлении Павла Аракчеев дважды оказывался в немилости.
Впервые это произошло в 1798 году: мнения источников разнятся относительно деталей, но суть сводится к нарушению воинской дисциплины в его части, о котором он не доложил должным образом.
Второй случай датируется 1799 годом, когда его брат использовал солдата из казённого ведомства в качестве личного слуги. Аракчеев попытался скрыть этот проступок, но после того как факт стал известен, он был немедленно отправлен в отставку.
Несмотря на относительную краткость обеих опал, эти эпизоды иллюстрируют принципы, по которым функционировала система управления в эпоху Павла. Даже близкие к императору лица не могли рассчитывать на безнаказанность за нарушение порядка.

Служба Аракчеева при Александре I: реформа артиллерии

После смерти Павла I в 1801 году Аракчеев на некоторое время отошел от государственных дел.
Новый император, Александр I, сначала предпочел окружить себя другими советниками, в основном молодыми реформаторами из Негласного комитета. Однако уже в 1803 году Аракчеев был вновь возвращен на службу и получил должность инспектора всей артиллерии Российской империи.
Именно на этой должности Аракчеев совершил то, что специалисты единодушно оценивают крайне высоко.
К началу XIX века русская артиллерия сталкивалась с множеством проблем: разные калибры, несовершенные лафеты и отсутствие единого стандарта. Аракчеев подошел к её реорганизации комплексно и стратегически.
В 1805 году была внедрена так называемая «аракчеевская система» орудий — стандартизированный арсенал, превосходивший французскую артиллерию, считавшуюся на тот момент лучшей, по ряду ключевых параметров.
Аракчеев также разработал «Наставление батарейным командирам» — практическое пособие, которое систематизировало тактику применения орудий в бою.
Артиллерия, с которой Россия вступила в Отечественную войну 1812 года и последующие кампании до 1814 года, во многом была его заслугой.
В 1807 году Аракчеев был удостоен чина генерала от артиллерии — высшего звания в этом роде войск.
Примечательным в его характере является качество, редко упоминаемое в критических описаниях: он неоднократно отклонял престижные награды. Так, в том же году он отказался принять орден Святого Владимира, а три года спустя — орден Святого Андрея Первозванного.
В 1814-м, после торжественного вступления союзников в Париж, он отверг предложение о присвоении ему звания фельдмаршала.
Эти решения нельзя назвать проявлением показной скромности; скорее, они основывались на личных принципах человека, который видел себя прежде всего слугой государя, а не коллекционером чинов и отличий.

Военный министр и «аракчеевщина»

С 1808 по 1810 год Аракчеев занимал должность военного министра. В этом качестве он продолжил реформирование армии, нацелившись на усиление централизации и унификации системы военного управления.
Его подходы вызывали недовольство у многих, главным образом из-за его строгости: Аракчеев требовал безусловного выполнения приказов и не мирился ни с отговорками, ни с недочётами в документации.
Когда в июне 1812 года началась Отечественная война с Наполеоном, Александр I вновь привлёк Аракчеева к руководству. Хотя он не занимал позиции полководца — войсками командовали сначала Барклай-де-Толли, а затем Кутузов, — именно на Аракчееве лежала вся организаторская сторона военных действий.
Он отвечал за снабжение, проведение рекрутских наборов и переброску резервных частей. Эта кропотливая и незаметная для многих деятельность сыграла ключевую роль в обеспечении успеха русской армии.
После 1815 года, когда Александр I всё больше увлекался мистикой и делами Священного союза, Аракчеев стал одной из ключевых фигур в управлении внутренними делами страны.
Период с 1815 по 1825 годы получил в историографии название «аракчеевщина» — время, когда значительная часть государственной власти оказалась сосредоточена в руках человека, который формально не занимал пост первого министра, но фактически исполнял его функции.

Современники и историки последующих эпох оценивали этот период весьма негативно, подчёркивая такие аспекты, как строгая цензура, подавление инакомыслия и жёсткие методы управления.
Тем не менее некоторые исследователи полагают, что «аракчеевщина» являлась не причиной, а лишь инструментом государственной политики. По их мнению, Александр I сознательно передал власть человеку, которому полностью доверял и который строго придерживался рамок предоставленных ему полномочий.

Военные поселения: идея и реальность

Одним из самых известных и одновременно спорных проектов, связанных с именем Аракчеева, стали военные поселения. Однако сама идея возникла не у него, а у императора Александра I.
Замысел заключался в том, чтобы объединить военную службу с крестьянским трудом, создав самодостаточные колонии, которые позволили бы сократить государственные расходы на армию.

По одной из версий, Аракчеев изначально не поддерживал эту инициативу и даже попытался выразить своё несогласие императору. Однако, когда решение было окончательно принято, он взялся за его реализацию с присущей ему жесткой последовательностью.
Первое военное поселение появилось ещё в 1810 году в Могилёвской губернии. В полном масштабе система начала внедряться с 1816 года, а уже в 1817 году Аракчеев был назначен её главным руководителем.

К 1825 году военные поселения распространились на Петербургскую, Новгородскую, Могилёвскую губернии, Слободскую Украину, а также на Херсонскую и Екатеринославскую губернии. Согласно различным оценкам, в этих поселениях находилась примерно четверть всех сил российской армии. (Цифра «около четверти армии» — осторожная оценка. В ряде источников фигурирует треть, однако это вызывает сомнения у специалистов).
К тому времени накопленный капитал поселений достиг 32 миллионов рублей — сумму, которую сторонники системы рассматривали как подтверждение её успешности.
В Новгородской губернии вдоль берегов Волхова на протяжении 75 километров были возведены шесть казарменных комплексов: Селищи, Муравьи, Кречевицы, Новоселицы, Медведь и Старая Русса.

Казармы Селищ, выполненные из красного кирпича и украшенные колоннами, служили примером образцового архитектурного решения. Однако за внешней привлекательностью скрывалась строгая система регламентации.
Местным жителям приходилось одновременно выполнять обязанности военной службы и заниматься сельским хозяйством. Все аспекты их жизни — распорядок дня, одежда, сроки выполнения полевых работ, женитьба и даже воспитание детей — строго регулировались военным уставом.

Тлеющая ненависть к существующему порядку периодически проявлялась открытыми всплесками, одним из которых стало Чугуевское восстание 1819 года.
Летом того года поселяне Слободской Украины (Чугуевский полк) подняли бунт, выразив своё недовольство. Восстанием было охвачены более 28 000 человек. Для расследования и подавления мятежа лично прибыл Аракчеев.
В результате судебного разбирательства виновными были признаны 363 человека, из которых 275 приговорили к смертной казни. Однако впоследствии её заменили наказанием шпицрутенами, которое обернулось смертельным исходом для многих осуждённых.
Этот жестокий эпизод оставил неизгладимый след в исторической памяти России, закрепив за Аракчеевым славу беспощадного и жестокого правителя.

Имение Грузино

На правом берегу Волхова, в 70 верстах от Новгорода, располагалось имение Грузино — личное владение Аракчеева, к которому он относился с такой же тщательностью и рвением, как и к своим государственным обязанностям.
История этой усадьбы берет начало в 1707 году, когда Пётр I преподнес её в дар Александру Меншикову. Спустя почти столетие, в 1796 году, Павел I передал имение вместе с двумя тысячами крепостных душ в собственность Аракчеева.

Строительные и оформительные работы длились несколько десятилетий. Сначала проектированием занимался архитектор Фёдор Иванович Демерцов (1799–1814), а позже управление перешло к Василию Петровичу Стасову.
На создание усадебного ансамбля было израсходовано свыше 582 тысяч рублей.
Ансамбль: главный дворец, Андреевский собор (1806), парк 46 га, оранжереи, скотный двор, птичий двор, конюшни, больница, тюрьма.

Вестибюль дворца: стены из белого искусственного мрамора с арабесками; фриз со скульптурными фигурами.
По современникам: «по чисто царской роскоши и отделке дворец не имел себе подобных».
Парк: берёзовые аллеи (Аракчеев особо любил берёзы).
Просторный парк размером 46 гектаров с изящными берёзовыми аллеями плавно спускался к берегу Волхова, добавляя особое очарование этому месту.
Грузино представляло собой не просто помещичью усадьбу, но и образцовый хозяйственный комплекс, сформированный Аракчеевым на тех же принципах, что и военные поселения: строгий порядок, чистота и чёткий регламент. Многие иностранные гости, посещавшие Грузино, отмечали с восторгом ухоженность и эстетичный вид местных деревень.
Имение было завещано Новгородскому кадетскому корпусу.
Усадьба была разрушена во время Великой Отечественной войны.
В 1998 году территория парка получила статус памятника природы.

Настасья Минкина и закат Аракчеева

Среди немногих людей, к которым Аракчеев, судя по всему, испытывал искреннюю привязанность, была Настасья Фёдоровна Минкина — крепостная, известная также под фамилией Шумская.

Их отношения начались около 1803 года, когда Минкиной было шестнадцать, а Аракчееву — тридцать четыре.
На протяжении более двух десятилетий она оставалась полноправной хозяйкой имения в Грузине и распоряжалась своей властью по своему усмотрению. Однако её поведение вызывало ужас у окружающих: Минкина систематически истязала прислугу, превращая жизнь в имении в постоянный страх.
В ночь на 10 сентября 1825 года она была убита крепостным Василием Антоновым. Причиной трагедии стала жестокая расправа Минкиной над сестрой Антонова, Прасковьей.
За своё преступление Василий был подвергнут наказанию: ему нанесли 175 ударов кнута, поставили клеймо и отправили на вечную каторгу.
На могиле Минкиной, по указанию Аракчеева, выбили надпись: «За беспредельную любовь».
Потрясение Аракчеева было невероятным.
Из Таганрога, где он находился рядом с умирающим Александром I, Аракчеев писал государю: «Я желаю себе лишь одной смерти… моего друга убили ночью его же дворовые люди…».
Это письмо стало одним из редких свидетельств, в которых строгий государственный деятель выражается как человек, оставляя за кадром сухой язык чиновника.
В ноябре 1825 года умер Александр I, оставив Аракчеева без единственного истинного покровителя.
В декабре того же года Аракчеева отстранили от всех обязанностей, а в октябре 1826 года — окончательно сняли с должности начальника военных поселений.
Последние годы своей жизни Аракчеев провел в своем имении Грузино, где скончался 21 апреля 1834 года. По его завещанию 300 тысяч рублей были выделены на образование и поддержку бедных дворян Новгородской и Тверской губерний.

Историческая оценка Аракчеева и его деятельности

Фигура Аракчеева до сих пор вызывает споры среди историков.
Многие его современники, а также представители либеральной историографической традиции воспринимают Аракчеева как «злого гения России» — символа строгого деспотизма, милитаризма и пренебрежения человеческим достоинством.
Декабристы особенно ненавидели его, считая главным воплощением системы, против которой они восстали на Сенатской площади.
Тем не менее, некоторые историки предлагают альтернативный взгляд.
Например, В.А. Томсинов, автор биографической книги об Аракчееве в серии ЖЗЛ (2003), представляет его как выдающегося патриота и государственного деятеля.
По мнению Томсинова, негативная репутация Аракчеева сформировалась под влиянием политических пристрастий того времени. С его точки зрения, военные поселения не были жестокой прихотью временщика, а являлись вынужденным государственным экспериментом, вызванным хроническим дефицитом бюджета.
Но несомненно, артиллерийская реформа 1803–1810 годов стала выдающимся профессиональным достижением. Русская артиллерия 1812 года в значительной степени была заслугой Аракчеева.
В то же время военные поселения, задуманные как система принуждения, оказались неудачным экспериментом — и это также связано с его деятельностью.
Таким образом, его биография представляет собой противоречивый итог: с одной стороны, способность к государственной работе высочайшего уровня, с другой — полное равнодушие к человеческим страданиям.